Андрей (deuslex) wrote,
Андрей
deuslex

Проба пера.

"Когда хочется писАть - надо вЫписаться".

Какой-то юморист начала 2000х. Вроде не Петросян.


Дантист

   Эгоистичная повесть.



Макс аккуратно отодвинул занавеску и осмотрел двор, отпивая из алюминиевой кружки мерзкую жижу. «Нда. Нихера не изменилось, - подумал он. – опять «чуть свет и на работу»…» . С другой стороны с приходом П его жизнь приобрела много положительных сторон. Во-первых учился он теперь «без отрыва от производства», во-вторых ездить надо было недалеко – мягко говоря. Две остановки пешком, дворами и вот он у когда-то нарядного красно-белого здания ГСП (Городской стоматологической поликлиники), из окна двенадцатого этажа казалось, что можно дотянуться рукой.  Макс допил витаминный напиток из сухого пайка и, крякнув, пошёл одеваться.

 Приход П не внёс особых корректив в его внешний вид, являвшейся частью его образа жизни – ещё в те времена он руководствовался тремя простыми принципами: удобство, опрятность и  незаметность. Если с первым пунктом было понятно – «что я баба чтоле корячиться ради красоты», то под второй и третий он подвёл конкретную теоретическую базу. Врач в его понимании не мог иметь права выглядеть неопрятно и зачуханно. «Бедно но аккуратненько». Что же касается незаметности – Макс всегда был немного параноиком («Разве можно быть МНОГО параноиком при наличии всего двух ружей, запасов еды и воды максимум  на пару недель?» -  всегда удивленно спрашивал он, кивая в сторону забугорных «выживальщиков» с тоннами «хавки» и прочих «ништяков» на сотни тысяч американских денег). В конце концов это и помогло ему в свое время пересидеть лихие деньки в тепеле и сытости. Вобщем хватило ему ума и не высовываться в центр, в котором «постреливали». За таким неторопливым психоанализом, вчерашний студент, а ныне «почти стоматолог, ну тоесть личинка врача гыгы» (как сам себя он называл) натянул два слоя термухи 3го GENа, черную куртку из последней коллекции дядюшки Ляо, простого покроя джинсы неизменного черного цвета без «дырок и надписей, чо я, пидор чтоле?», которые в отличии  от большинства людей заправлять в свои мембранные берцы он не стал (лишнее палево, да и хорошая обувь нынче в дефиците – грохнут ни за хрен собачий). На плечо привычно легла черная сумка с жестким каркасом, единственным преимуществом которой был – умеренно интеллигентный вид ну и пожалуй способность остановить выстрел из топового резинострела, может даже нож в руках непрофессионала. Такие обычно таскали мужики 35-60 лет, нагружая их зонтами, ручками, еще какой-нибудь рабочей полезностью типа папок с бумагами  и, неизменно,  бутером -  для обеденного перерыва. Макс похлопал себя по карманам: ну вроде всё: паспорт, фолдер для бытовых нужд, бесполезный нынче мобильник, носимый как органайзер, два  ГБ – струйник в кармане джинс и аэрозоль во внешнем куртки. По дурной привычке, уже в обуви, прыгая на одной ноге, проверил квартиру на закрытость окон/кранов, ещё раз выглянул в окно и, убедившись, что с момента завтрака ничего не изменилось – вышел на лестничную клетку.  Неторопливо, но достаточно быстро проскакал по ступенькам немалые 12 этажей вниз (лифты давно не обслуживались), кое где перепрыгивая через кучи мусора – в основном – тряпья и коробок («пидорасы бля, как жили свиньями, так скотом и подохнут, алкота хуле»), толкнул подъездную дверь и, вдохнув ноябрьского воздуха, быстро еще раз осмотрелся и резво зашагал в сторону поликлиники.

 «Твою мать, вот почему любая уважающая своих сотрудников контора открывается в 10, ну максимум в 9 утра, а у нас рабочий день что до, что сейчас – в 8 часов, а раз в месяц еще и с дежурствами, с 7, суки….». Он вообще любил поворчать про себя и позлиться на кого-нибудь, хотя в  общем и целом любил и рано вставать, и вообще  большую часть из того, что мысленно материл. Две остановки пешком пролетели незаметно. Еще бы – его любимая погода – достаточно прохладно, чтобы все «ебанутые позитивчики» ходили с кислыми рожами или вообще сидели дома и не бесили его этим самым оптимизЬмом (который он вобщем-то считал «банальной неспособностью трезво просчитывать ситуацию и оценивать свои силы, - американского кина чтоль насмотрелись? Какой нахуй «всё будет хорошо»?? Мир катится в пизду и мы в локомотиве!»). А главное -  нет противного моросящего дождя и листопад давно кончился. Он бы так и продолжал наслаждаться «серостью будней», как  раздался резкий рык и Макс встал как вкопанный, рука на автомате легла на ГБ. «Мудак, рано или поздно твоя склонность к рефлексии тебя погубит». Источник звука находился в трёх метрах от него. «Блять, как не заметил? Ну пральн, естественный «гилли»- длинная шерсть с налипшими комками грязи, в засаде сидел, сучок. «Сучком» была дворняга  полметра в холке и килограмм 30 веса,  со впалыми боками, чумазой мордой и непропорционально короткими ногами для относительно длинного туловища («ну прям патанатомическое заключение дал» - гыкнул просебя Макс»).

«Михайловна, овца, прикормила засранца, теперь хрен пройдешь. Говорил же, что когда-нибудь вернусь и ёбну нахер ее псину и ее заодно. Ладно, пижжу, последнего не было. Новая Администрация очень чутко реагировала на все заявления о возможном проявлении насилия по отношению к лояльным ей элементам, особенно с угрозой применения оружия. Особенно законопослушными гражданами. Ибо уёбков разных мастей, от родной гопоты, до этнических – меньше не стало, и это  мягко говоря. «На улицах небезопасно – насилуют на каждом углу бугога», - вспомнил Макс фразу забавного ушастика из одного фильма. Расслабивщись и вяло махнув ногой в сторону кабыздоха, он еще раз мысленно выматерил Михайловну, Администрацию, Страну, себя, прошел оставшееся десять метров до двери в поликлинику. И, напялив на лицо «сурьёзный вид», дёрнул за ручку.

 Внутри было не особо людно: пара бабулек, которые не бросили своё любимое развлечение – ходить по врачам, даже после прихода относительного Пэ (с другой стороны вообще развлечений стало еще меньше – телек то теперь показывал 2 канала, да ито в те редкие часы, когда электричество подавали в дома простых смертных. TV-содержимое,  кстати,  было представлено в основном разнообразными высерами на тему «Эх, заживём» и авторскими программами одного Пидорка с перового канала, который раньше по вечерам формировал у домохозяек правильное мнение о произошедших в стране событиях…. С приходом новых хозяев он  дорос аж до Президента «обеих кнопок».  Дружелюбно посмотрев, а про себя подумав «Здарова, уроды» прошёл мимо охраны  (два «персонажа» с пятью ходками на дуэт в их 24 и 28 лет соответственно), просочился в раздевалку, где его ждал облом – света не было. «Блять, наощупь или фонарём? Ладно, чё я ногой в штанину не попаду?». Проплясав минуты три на одной ноге он таки облачился в свой любимый зеленый хирургический костюм, напялил медицинскую шапку, свою «счастливую», распихал по карманам пару масок, перчатки, ручку, блокнот. Это он делал для важности. На самом деле основные расходники хранились в кабинете, за редким исключением того, что удалось спиздить,  и что было припрятано дома, в надежде на «когда будет совсем пиздец, открою своё дело, а пока надо опыта набираться, тем более нахаляву». В свое время за ординатуру он бы отвалил все 200 штук за год, причем не своих. А тут экстерном проскочил с 3го курса на 5й, а потом и сразу «к станку» - помощником (импортное слово «ассистент» Макс не любил).  Четыре пролёта лестницы дались Максу легко  - еще бы, при его росте почти в 190см ноги составляли чуть ли не половину этих самых сантиметров, когда он не торопился – шагал через одну, когда торопился – через две. Вышел на этаж. Странно, в кабинете было темно. «Конечно, ведь  ты опять приперся на полчаса раньше, баран.… «Пойти чтоль чайку наебнуть? А, нахуй, пойду в низ, потроллю медсестер и регистраторшу». С предвкушением легкого развлечения, Макс шустро спустился  на первый этаж и, не рассчитав скорости,  чуть не сшиб с ног завхоза – Михаила Дмитрича .  Зело пиздопротивного мужика лет 40, правда вся его пиздопротивность заключалась в том, что он а) лез всегда не в свое дело и доебывался:  не так сидишь, не так стоишь, «в сортир без света ходи – экономь!» и подобной поебенью б) бессовестно пиздил и зажимал перчатки и маски. А принимать пациентов в смотровом одними перчатками на 10 человек Максу не позволяла совесть, он хоть и был социопатом, но медицину считал священной наукой и чтил правила асептики/антисептики даже в эти эммм….. «перестроечные»  (вспомнил слово столь модное среди 45-50 летних «кухонных» мужичков, мол именно тогда проебали основные «полимеры», из которых и делались эти самые перчатки. На самом деле проебали больше…куда больше, чем просто танки и заводы…). Но так то Дмитрич был мужик невредный, точнее «безопасный» и с ним иногда можно было даже пошутить и постебаться на тему того же света в сортире:  «Вы выключили, МихалДмитрич, а я то подумал – что глазоньки мои от натуги лопнули – у меня вся жизнь перед глазами пролетела: даже представил,   как  уже стою  как кот Базилио - милостыню возле лабаза выпрашиваю, а это всего лишь вы, фууух…». 

- Здравствуйте! Выпалил Макс, дабы перехватить инициативу, вежливо отступив шаг назад и кинув взгляд Дмитричу за спину. Там стояли двое. «Два типа. С ним? Чё, решил чето спиздить, что уже одному не унести?  Средь бела дня? Да не, Дмитрич не дурак, Новая Администрация особо париться не будет, спиздить генератор или запас антисептика на год – это не пачку с масками заныкать – вздёрнут нахер и дело с концами. Политическая воля, етить….»

- Здарова, Максим, че летаешь, не видишь ничего? Голову себе сломаешь – мне потом мозги твои из стыков линолиума вычищать, да ?  Не видишь темно – света нет нихера. И не будет до вечера, а может до утра, тебе че не позвонили?

- Так провода спи…ээ

Макс не матерился при начальстве, пусть и не непосредственным. в конце концов, думал он (скорее даже надеялся).  придет время и Дмитрич может дать выход на «канал» для «своего дела» - может даже бормашину из старых продаст  занедорого

-Ну это,  – украли, Михаил Дмитрич ещё в том месяце! А мобилы – Макс повертел нокией перед лицом завхоза – сами знаете – то работают то нет.

- Ладно, пока не разобрались – часть больницы обесточена, часть нет, но розетки полетели все – надо разбираться, машины не работают – вон я и электриков вызвал.

 «Так вот кто эти два хмыря. Ну да – типичные электрики, в спецовках, морда умеренно-интеллегентно-пропитая у одного и явно пытающаяся казаться глупее, чем ее обладатель – вторая.».

- Так что пи…ээ, иди-ка ты, Максимка, домой – если что, срочный случай – отправим за тобой.

Дмитрич тоже был не дурак и старался особо Максу не хамить, ибо видел в парнишке потенциал. Тем более тот пару раз намекал, меняя пару банок или бутылку на дополнительную пачку перчаток, что мол это лишь начало деловых отношений. «Хотя поучить пиздюка уму-разуму никогда не мешает, опять-таки, свет этот ебучий не экономит, ёрничает, острит, остряк блять – в наше время так не острили при старших. Наше время…. Нда. Ладно, пусть живет, в конце концов стукану на него в СБ – скажу - предлагал скупку краденого организовать….»

- Так а это, а Александру Валерьевичу (своего куратора по медицинским вопросам Макс звал строго по имени-отчеству- уважительно и всячески с ним «дружил», ибо чётко осознавал – «напишет хуевую характеристику – отправят на стройку въёбывать или развалины разбирать, ну уж «нах, не для тебя моя роза цвела» или как там говорили?»)

- Доложили ему, доложили, иди давай, мне работать надо.

- Всего доброго.

«Ага,лучи добра всем». Макс кивнул завхозу, электрикам и быстро прошмыгнул в раздевалку, на этот раз без акробатических этюдов (за окном светало) переоделся, аккуратно сложил хирургичку в сумку на «постирать» - если конечно воду дадут.  Закрыл шкаф на два навесных замка «заебетесь открывать, а вскроете – эфку нахер в следующий раз привяжу». Конечно никакой «эфки» у него не было. Да и пиздить у своих для охраны из сидельцев было взападло, в отличии от предыдущей «доадминистраторской», которая состояла из двух мордовок. Ушлые были – воровали из шкафов, пускали людей за полтинник поссать в выходные, за триста– бомжей переночевать. Попрощавшись с охраной, слушавшей «Леха Чих, Фармазон, подогнал фуфеля…», осмотрел оперативно очищенный от бабок холл, толкнул входную дверь и, не заметив пса на привычном месте , несколько позлорадствовал, а в глубине души даже немного испугался: «Чё, не до того доебался, грохнули? Бля, говорил же Михайловне – забери ты его к себе. Ну хрен ли ты его кормишь тут – раз жалко – так и держи дома, а то это анонизм какой-то».

 «Всё-таки работа рядом с домом – это гуд!»  - уже веселее подумал Макс, как Юлий Цезарь одновременно растапливая заботливо выложенную профессионалом (за когда-то вылеченный без очереди пульпит) маленькую печурку, переодеваясь в домашнее, накрывая нехитрый перекус из бомж-пакета и банки консервов.  В периоды отключения отопления  комната с печкой была одновременно кухней, спальней и гостиной. Быт протекал под внутренний голос, говоривший нечто в духе: «Блять, надо что-то думать с холодильником, чтобы уже нормальное что-то готовить и жрать, а то борщ «на раз» - это пиздец «тру-да-ём-кость», а электричества бывает по целому дню нет и всё течет».

Поев  и согревшись, Макс стал вяло размышлять на тему «А что собственно сегодня делать?» По улицам шляться – проблемы огребешь: пустым – гопота заебет, с аргументами – патруль доебется. Конечно удостоверение сотрудника Администрации позволяло избежать «задержания до выяснения и установления причастности». Выдавалось  оно всем, кто работал «на бюджете» - тем же патрульным, врачам, учителям.     Конечно, работали далеко не все школы, хуле, зачем холопьям науки – на Хозяев трудиться и с 3мя классами можно.  Половину институтов так и вовсем  нахер позакрывали.  «Может и к лучшему, думал Макс – расплодили блять – только лес на бумагу для дипломов  переводят». Родной медицинский накрылся тазом, хотя можно сказать и не совсем – его  укрупнили с  другим,  хоть и с менее лояльной администрации профессурой. Можно было ничего не опасаться при исполнении -  водителям грузовиков, военным, не «ушедшим в леса» (коих было большинство), да вобщем дохера кому – так что особой «илитности» оно не предавало, но как говорил Макс «при грамотно поставленной речи -  сойдёт». Думал недолго. Он с самого начала, ещё когда Дмитрич сказал о том, что света нет и не будет, знал, чем займется вечером.  Макс пойдёт шоппить. От этой приятной мысли Макс невольно изобразил на лице нечто, похожее на улыбку.

 Через минуту он уже доставал длинную черную сумку «дорожного» дизайна, каких миллионы, но лежали в ней далеко не носки, трусы, таблетки от поноса, презервативы и другие жизненно важные для путешественника  вещи –  там были «инструменты». Так ласково Макс называл  болторез, купленный в своё время за «хуеву тучу денег»  и старый добрый ломик ака «фомка».  В отдельном кармашке лежала другая сумка, меньшего объема, бесформенная, зато компактная в сложенном состоянии – «для хабара». При мысле о «хабаре»  Макс улыбнулся уже почти искренне. Продолжение следует (?)





Не умеешь писать - лучше не начинать. Но затравка крутилась недели полторы в голове и если бы не выпустил её на волю - не осталось бы места в черепной коробке для учёбы. 

Текст не просто сырой - он вообще не проработан. Пока не определился даже с внешностью персонажа, вариантом развития сюжета и даже с основой -  от чьего лица будет вестись повествование. Характер и внутренний голос ГГ  -это как нетрудно догадаться -  я. Основано местами на реальных событиях.

Может вообще отпустит и уже наутро текст будет похоронен вместе с большей частью остальных записей, под гриф "Доступ к этой записи: только мне (личное)". 

Subscribe

  • (no subject)

    Чето я читаю новости последнее время и уже сам начинаю думать, что больно лёгкий доступ у долбоебов к оружию. Один не может обеспечить сохранность…

  • (no subject)

    Эскапизм. В какой-то момент мне начало казаться, что мой ulefone armor 3t (китайский защищённик 4+64 Гб, с рацией и АКБ на 10к махов) стал…

  • (no subject)

    Сошлюсь на крестницу кормчего: Опасное марксиское говно. Это к хайповому корейскому кино, которое требуют проверить на скрепность. Осилил 2/3, не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments